Главная
Красота
Мода. Стиль
Макияж
Уход за лицом
Уход за телом
Маникюр/Педикюр
Красивые волосы
Парфюмерия
Пластические операции
Бодимодификация
Здоровье
Обо Всем
Болезни/Лечение
Справочник лекарств
Справочник по медицинским и лабораторным анализам
Здоровое питание
Диеты
Контрацепция
Планируем беременность
Беременность
Роды
Спорт
Фитнес
Активный отдых
Уроки стриптиза
Все о Любви
Отношения - он и она
Интим
Хочу замуж!
Свадьба
Брак
Все о романтике
Наши Детки
от 0 до 1 года
от 1 до 3
от 3 до 7
Школьники
Детское здоровье
О Воспитании/Мамам и Папам
Все о развитии ребенка
Мой Дом
Интерьер
Домоводство
Домашние любимцы
Комнатные растения
Сад, огород
Handmade
Кулинария
Салаты и закуски
Супы
Вторые блюда
Выпечка/Сладкие блюда
Постные блюда
Напитки
Сервировка/Посуда
Полезные советы
Психология
Я - Личность
Дружба
Карьера
Стиль жизни
Звездная жизнь/Сплетни
Путешествия
Юмор
Illustrations/Foto/Art/Design
Праздники
Поздравления
Цитаты
Значение Имени
Русские имена. Мужские
Русские имена. Женские
Отчества. Мужские, женские
Православный Именослов (ДЕНЬ АНГЕЛА)
Значение фамилий
Гороскопы
Совместимость знаков зодиака
Зороастрийский гороскоп
Детский гороскоп
Знаки зодиака. Характеристика личности, любовь и секс
Декадный гороскоп
Фильмы онлайн
Комедии
Мелодрама
Мультфильмы/Анимационные
Семейные/Детские
Сериалы
Рейтинги кинофильмов
Полезные сылки
 

Сон с продолжением (С.В.Михалков)

 
Памяти великого сказочника Ганса Христиана Андерсена

Люба любила спать. По вечерам ее не надо было,
как других детей, просить и уговаривать: в десять ча-
сов вечера она уже была под одеялом. Стоило ей толь-
ко положить голову на подушку, свернуться калачиком
и закрыть глаза, как она проваливалась в сон. И могла
спать сколько угодно! Рядом разговаривали, не умол-
кали радио и телевизор, но Люба не просыпалась. Да-
же старый будильник «Трезвон» должен был истратить
весь свой завод для того, чтобы утром дозвониться до
Любы и разбудить ее – такой был глубокий сон.
– Как ты можешь… так спать? – спрашивали у Любы.
– Мне снятся удивительные сны! – отвечала она.
И это была сущая правда.


Один из Любиных снов
Люба вышла на безлюдную городскую площадь,
прошла мимо старинной башни с часами и свернула в
такой же безлюдный переулок. Она остановилась воз-
ле тускло освещенной витрины небольшой лавчонки.
Это была мастерская игрушек. За стеклом стояли и
лежали, висели на гвоздиках и сидели в разных по-
зах всевозможные куклы: роскошные принцессы с уди-
вленно раскрытыми, немигающими голубыми глазами
и ресницами неестественной длины; пастухи и пастуш-
ки в нарядных деревенских платьях; изящные танцов-
щицы в ярких шалях и с тамбуринами в руках; сму-
глые кавалеры в лакированных шляпах… Люба узна-
ла и Красную Шапочку в окружении лесных гномов.
Но больше всего ее внимание привлек солдат – дере-
вянная кукла с крючковатым носом и тяжелой челю-
стью, занимавшей половину лица. Казалось, куклу за
какую-то провинность поставили в угол – самый даль-
ний угол витрины. Покрытая пылью, она выглядела пе-
чальной и одинокой.
Дверь в лавку была приоткрыта – и Люба увидела
старого мастера игрушек в кожаном фартуке, который,
сидя на табуретке, прикреплял к туловищу новой ку-
клы голову, только что выточенную на верстаке. Тол-
стая женщина сметала в совок стружки, пенившиеся у
ног мастера.
– Когда ты только уберешь с витрины это страшили-
ще! – услышала Люба голос женщины. – Твой Щелкун-
чик отпугивает от нас всех покупателей. Стоит на него
взглянуть, так и не захочется войти в лавку…
– Не говори глупости, жена! – добродушно и вяло
возразил мастер. – Ты же знаешь, что не я его делал.
Щелкунчик достался мне по наследству от отца, а тому
– от его отца, стало быть, от моего деда. А уж дед вы-
просил деревянного солдата у одного бродячего коме-
дианта, который, в свою очередь, подобрал Щелкунчи-
ка в какой-то дальней стране… И вовсе он не страши-
лище! Это как на него посмотреть.
– Да что от него проку! – не унималась жена. – Раз-
ве лишь то, что он умеет щелкать орехи, когда их кла-
дут ему в рот. Лучше бы ты выставил напоказ балери-
ну! – И она указала на очаровательную куколку в розо-
вой пачке, стоявшую на носках в открытой картонной
коробке. – У нас сразу прибавилось бы покупателей! А
твой Щелкунчик и даром никому не нужен…
– А ну-ка, Матильда, позови сюда девочку, что стоит
на улице, возле нашей витрины! – неожиданно сказал
мастер, заметивший Любу. – Ты меня слышишь? Позо-
ви да поскорей, пока она не ушла!
– Уж не думаешь ли ты, будто она купит у нас что-
нибудь?
– Позови девочку… Пусть войдет! – уже не просто
сказал, а приказал мастер.
– Девочка! Ты можешь зайти к нам… если тебе ин-
тересно! – выглянув за дверь, пригласила ворчливая
жена мастера.
– Спасибо, – вежливо ответила девочка.
– Мой старик увидел тебя через стекло и хочет что-
то сказать. Зайди к нам, если у тебя есть время и…
деньги!
Последние слова жена мастера прошептала, про-
пуская девочку в лавку.
– Здравствуй! – обратился к Любе мастер, поднима-
ясь ей навстречу. – Я сразу заметил, что ты любишь
играть в куклы. Как тебя зовут?
– Меня зовут Любой, но в куклы я уже не играю.
– Я понимаю: ты выросла из этого возраста. Но они
тебе не могут не нравиться. Мне уже под восемьдесят,
а я все еще не могу с ними расстаться: делаю их для
продажи… и для себя тоже. Посмотри, сколько я их
смастерил! А сколько продал за долгие годы… Не со-
считать! Разве могут кому-нибудь не понравиться эта
принцесса Недотрога или Кот в сапогах? Послушай,
девочка… Сегодня такой день, когда мы с женой обя-
зательно должны подарить кому-нибудь куклу. Так уж
у нас принято. Один раз в году и именно в этот день!
Жена мастера неодобрительно взглянула на мужа.
– Выбирай любую! – продолжал мастер.
– Пусть выберет… Пусть скажет, какая ей больше
нравится! – с недобрым умыслом проворковала тол-
стая Матильда.
– У меня нет денег…– тихо созналась Люба.
– Да на что нам твои деньги, если мы хотим даром
отдать тебе любую из кукол! Которая тебе понравит-
ся… Такая у нас, стариков, примета! Выбирай не стес-
няйся, – весело предложил мастер.
Люба осмотрелась. На полках и на прилавке куколь-
ных дел мастера был большой и заманчивый выбор.
Но Люба выбирала недолго.
– Можно взять ту, которая стоит… на витрине? В са-
мом дальнем углу…
– О какой кукле ты говоришь? – будто не поняв, спро-
сил мастер. И многозначительно взглянул на жену.
– Там… деревянный солдат, – нерешительно произ-
несла Люба.
– Тебе понравился Щелкунчик?
– Да.
– Разве ты не видишь… ничего лучшего? – с при-
творным удивлением спросила жена мастера.
– Можно взять Щелкунчика… если вам не жалко? –
повторила Люба.
– Бери, девочка! Бери! – воскликнул мастер. И под-
мигнул жене. – С тобой он не будет так одинок. Бери
нашего Щелкунчика! Ты сделала правильный выбор.
Ни одна принцесса ему в подметки не годится!
Старик достал с витрины деревянную куклу, стер с
нее пыль и протянул деревянного солдата Любе.
Жена мастера с хитрым одобрением взирала на му-
жа.
– Спасибо! – поблагодарила Люба и, прижав Щел-
кунчика к груди, вышла из лавки.
– Вот ты от него и избавилась! – сказал мастер же-
не. – А говорила, что он никому не нужен. Теперь уж
его не вернешь! И у меня такое чувство, будто мы оси-
ротели… Впрочем, Щелкунчик не прогадал! Чем весь
день слушать, как ты его ругаешь, лучше подружиться
с девочкой, которая разглядела его одиночество.
Толстуха Матильда молчала.
Люба проснулась. «Трезвон» не подавал голоса. На
улице было еще темно. Люба зевнула, повернулась на
другой бок и закрыла глаза… А сон продолжался.
Все еще прижимая к груди деревянную куклу, Люба
прошла по длинному и темному, словно прорубленно-
му меж домами переулку, свернула за угол и по узкой
винтовой лесенке поднялась на последний этаж незна-
комого дома.
Остановилась перед покосившейся дверью. Поду-
мала немного… И, толкнув дверь, шагнула через порог.
Луна, похожая на круглый сыр, разрезанный попо-
лам, освещала внутренность чулана. Через окно от-
крывался вид на ночной город.
Чулан был завален всякой рухлядью. В углу распо-
ложился полуразвалившийся сундук с медными угла-
ми. Разбитая глиняная утварь была свалена в кучу. В
окно выглядывало чучело высокого белого журавля.
Лунный свет заставил его стеклянные глаза блестеть
так, словно журавль был живой.
Люба присела на старый сундук. Щелкунчик лежал у
нее на коленях. Неизвестно почему Люба вдруг запла-
кала… Она достала из кармашка платок, чтоб утереть
слезы. Крупная слеза, будто тяжелая капля с карни-
за, упала на лицо деревянного солдата; Люба вытерла
глаза и высморкалась. Внезапно в тишине послышал-
ся слабый голос:
– Было бы хорошо, если б ты вытерла и мое лицо!
Люба в изумлении оглянулась:
– Кто бы это мог быть?
– Я здесь… Я у тебя на коленях! – произнес тот же
голос.
Люба вскочила и испуганно попятилась к двери. Ку-
кла упала.
– Не уходи, – жалобно попросил ее тихий голос. –
Погоди, Люба… Пожалуйста, не уходи. Не бросай меня
одного!
Девочка остановилась. Да, несомненно, это был го-
лос деревянного солдата.
– Ты боишься меня? Ты думаешь, я причиню тебе
зло?
Люба молчала. Она никогда не видела кукол, произ-
носящих слова вот так, по-настоящему.
– Подойди… и поговори со мной, – попросил Щел-
кунчик. – Очень странно, что ты не отвечаешь! Выхо-
дит, я умею говорить, а ты… не умеешь?
– Кто ты? – осторожно поинтересовалась Люба.
– Я? Щелкунчик… Щелкаю грецкие орехи, когда их
кладут мне в рот. Но я не всегда был Щелкунчиком. Ко-
гда-то, очень давно, я был молодым человеком… сол-
датом. А потом офицером! Меня звали Мило. Это бы-
ло очень… очень давно. Вечность тому назад! Не бой-
ся меня.
Люба поняла, что ей ничего не грозит, и подошла по-
ближе. Щелкунчик все еще лежал на полу. Она подня-
ла его и усадила на скамеечку.
– Я тебя… уже не боюсь. Но я никогда не видела
говорящих Щелкунчиков!
– Понимаю, – отозвался деревянный солдат. – Но по-
верь: я могу беседовать только с тобой… Поэтому не
оставляй меня!
– Ты говоришь, что был когда-то солдатом и тебя
звали Мило… А потом даже был офицером?.. Но как
же ты стал Щелкунчиком?
– Это печальная история, – не сразу отозвалась ку-
кла.
– Расскажи мне ее! Я люблю грустные истории…
– Их легко слушать. Но трудно быть их участником.
– Да, конечно… Но расскажи мне.
– Хорошо! – согласился Щелкунчик. – Слушай… Ко-
гда-то я жил в счастливой стране, которая называлась
Джокондой. Этой страны нет ни на одной карте, но она
находится сразу же за Снежным королевством и коро-
левством Сластей.
– Разве есть такие государства? – удивилась Люба.
– Я никогда не вру! – обиделся Щелкунчик, – Все это
чистая правда. Как и то, что я сейчас с тобой разгова-
риваю… Так вот, если хочешь слушать, не перебивай
меня!
– Я слушаю…
– Нашей Джокондой управлял простой, веселый че-
ловек, которого все звали просто по имени – Николас.
Он был обручен с королевой Сладкоежкой Второй из
королевства Сластей, потому что сам с малолетства
был страшным сластеной.
– Вроде меня!
– Ты вновь перебила…– рассердился Щелкунчик. –
Я же просил не перебивать! А то запутаюсь, все забуду.
Ведь это было давно!..
– Прости, Мило! – извинилась Люба. – Я буду мол-
чать.
Собравшись с мыслями, он продолжал:
– Так вот, однажды на Джоконду напало полчище
Мышиного короля. Мы храбро сражались, но их было
больше – и они победили. Потерпев то ужасное пора-
жение, Николас сдался на милость мышам и стал слу-
жить их Мышиному королю. Обладая злой колдовской
силой, Мышиный король превратил и слабовольного
Николаса в колдуна. Но при этом… лишил его памяти.
Николас забыл про свою невесту Сладкоежку Вторую и
решил вдруг жениться на молодой танцовщице, кото-
рая его совсем не любила. Та девушка, которую звали
Парлипа, как в это ни трудно поверить… любила меня.
– Любила Щелкунчика? – воскликнула Люба, не по-
нимая, что удивлением своим обижает рассказчика.
Щелкунчик прервал свою историю и сердито взгля-
нул на Любу:
– Да… Она любила меня! Но при чем тут Щелкун-
чик? Я же в то время был уже капитаном войск Джо-
конды, молодым… и весьма симпатичным человеком.
– Извини, – попросила Люба. – Я не хотела тебя оби-
деть.
– Я и не обижаюсь, – ответил Щелкунчик.
– А что же случилось дальше?
– Николас захотел от меня отделаться. Чтобы я не
помешал ему жениться на Парлипа!.. Он превратил
офицера в уродливого деревянного солдата. В куклу!
Куклу вывезли за город и выбросили в канаву. Там ме-
ня и подобрал бродячий комедиант. Долгое время блу-
ждали мы с ним по свету…
– И ты все время молчал?
– Я никогда не молчал. Я всегда разговаривал! – с
чувством собственного достоинства произнес Щелкун-
чик. – Но никто не мог услышать меня. Это было ча-
стью коварного колдовства. Никто не мог услышать,
кроме ребенка, который бы пожалел меня… Заметил и
пожалел! На меня должна была упасть тяжелая, горю-
чая слеза… Но дети не плакали надо мной. Они смея-
лись! И вот сегодня впервые такая слеза упала…
– Ты думаешь, что я тот самый ребенок? – спросила
Люба.
– Очевидно, – ответил Щелкунчик. – Ведь ты же
услышала меня! Да? Услышала?.. А я уже потерял на-
дежду. Какое счастье, что из всех кукол ты выбрала
именно меня. И унесла с собой… Спасибо тебе!
Люба погладила Щелкунчика по голове.
– Мне показалось, что тебе очень одиноко стоять
день и ночь в окне этой лавки игрушек. Ты был весь в
пыли. И в самом дальнем углу, как будто тебя наказа-
ли…
– Толстая Матильда не вытирала меня. Она вообще
меня не любила, – грустно сказал Щелкунчик. – Я ее
раздражал… Ей казалось, что я отпугиваю детей. Ко-
гда ты подошла к витрине, у меня закололо в том ме-
сте, где было когда-то сердце. Я сразу понял, что и ты
одинока…
– Да, одинока, – призналась Люба. – Никто не пони-
мает меня.
– Ты хочешь до конца помочь мне? – спросил Щел-
кунчик.
– Конечно! – недолго думая, согласилась Люба. – Но
что надо сделать?
– Видишь белого журавля? Того, что стоит возле ок-
на и глазеет в него?
– Чучело? Вижу…
– Это такое же чучело, как я деревянная кукла! Бе-
лые журавли – особые птицы. Подними меня и посади
ему на спину.
Люба подняла Щелкунчика, усадила на белого жура-
вля. И тот… переступил с ноги на ногу. Попытался рас-
править крылья…
От неожиданности Люба зажмурилась. Когда она от-
крыла глаза… на журавле сидел не деревянный сол-
дат, а бравый молодой офицер. И не сидел вовсе, а
восседал, будто в седле.
– Спасибо тебе! – произнес офицер и протянул Лю-
бе руку. – Надеюсь, мы еще встретимся! Пока же знай
только, что имеешь друга, который умеет быть благо-
дарным…
– Нет, Мило! – вскрикнула Люба. – Я хочу лететь с
тобой!
– Нельзя, – тихо возразил офицер. – Твое место до-
ма, в семье… К тому же завтра утром ты должна идти
в школу!
– Дома никто не понимает меня. Я полечу с тобой! –
настаивала девочка.
– Это опасно.
– Я не боюсь мышей!
– Но мне придется сражаться!
– Я буду рядом с тобой…
– Меня могут убить!
– Пусть тогда убьют и меня…
– Просто не знаю, что делать…– растерялся бравый
офицер. – Ты же еще ребенок!
– Я попытаюсь поскорей вырасти! И потом… Стыд-
но напоминать, но ты должен меня отблагодарить. Или
нет? Ведь ты сам сказал, что умеешь быть благодар-
ным…
– Умею… И должен! – сдался Мило. – Пусть будет
по-твоему. Но дай слово ни на шаг не отходить от меня.
И делать все, что я прикажу!
– Обещаю… Обещаю! – торопливо проговорила Лю-
ба и вскарабкалась на спину журавлю, которому уже
явно не стоялось на месте. Он рвался за окно в ночное
звездное небо…
– Держись покрепче! – скомандовал Мило. Люба об-
хватила его обеими руками и прижалась к спине. Ми-
ло махнул рукой, словно дал старт, – и в распахнутое
окно вырвался, как из плена, белый журавль с двумя
всадниками на спине…
Затрезвонил старый будильник, обрывая, как он это
привык делать, Любин сон в самом волнующем месте.
Люба проснулась, но долго не могла сообразить, что
происходит: только что она летела над спящим горо-
дом, над его парками и садами, покрашенными в све-
тло-желтый лунный цвет, обгоняя облака, набухшие от
будущего дождя, – и вдруг очутилась в своей постели.
Ей пора вставать, потому что если она сейчас же не
поднимется, не оденется, не умоется, не почистит зу-
бы и не позавтракает, то опоздает в школу.
Люба любила спать – и всегда радовалась вечерней
поре. Ну, а в тот день она просто не могла дождаться,
когда наконец стемнеет, И можно будет опять прова-
литься в сон!..


Сон продолжается
Над лесами и озерами, полями и реками, над снего-
выми вершинами несла на себе птица, белая, словно
тоже вылепленная из снега, двух седоков.
Оба сошли с журавля посреди снежного поля. Лю-
ба крепко зажмурилась: кругом все было белым-бело.
Журавль произнес свое «курлы-курлы!», что значило
«до свидания», и взмыл в небо, исчез.
– Где мы? – спросила Люба.
– В Снежном королевстве! – ответил Мило. – Разве
не видишь? Ты не замерзла?
Люба не успела ответить, как снег, осыпавшийся с
ели, набросил на плечи ей и Мило пуховые воротники.
Откуда ни возьмись явились прозрачные ледяные са-
ни, запряженные ледяными, прозрачными лошадьми.
Мило усадил Любу рядом с собой – и они помчались в
белую завьюженную даль.
– Снежный король позаботился о нас, – сказал Ми-
ло, правя лошадьми. – Никак не скажешь, что у него
холодное сердце!
Так они мчались некоторое время, сливаясь с бело-
снежным простором, пока Люба не вскрикнула:
– Смотри, Мило! Что это там… впереди?
– Ледяной дворец, – ответил Мило. – Мы у цели…
Интересно, как там встретят меня? Помнят ли еще? А
может, забыли?..
– Ты бывал тут раньше? – спросила Люба.
– И не раз! – ответил Мило. – Я приезжал… или, точ-
ней сказать, прибывал сюда с военной делегацией из
Джоконды.
В ледяном тронном зале, примерзая платьем к ле-
дяному трону и потому время от времени приподнима-
ясь, сидела рядом с мужем-королем Снежная короле-
ва. Она куталась в белые меха и поминутно чихала.
Король элегантно протягивал ей белоснежный носовой
платок.
На ледяном полу, как на катке стадиона, кружились
под музыку маленькие снежинки, демонстрируя свое
«фигурное» мастерство.
– Кто там? – обратился король к жене, заметив при-
ближавшихся Мило и Любу. – Постой, постой… Да ведь
это, кажется, офицер Мило из ДжокондыПомнишь, до-
рогая? Это он…
– Не может быть! – ответила королева, поднося к
глазам ледяной бинокль. – Впрочем, ты прав, дорогой.
Вроде бы это он… И ничуть не изменился за долгие
годы! Так же красив и молод! Ну, конечно же, это Мило!
А с ним какая-то де-девочкаАпчхи!
Король элегантно протянул ей платок. Мило и Люба
подошли к ледяному трону.
– Здравствуйте, ваша снежность! – Мило с достоин-
ством поклонился.
– Здравствуй, пропащая душа! – Король дотянулся
и хлопнул его по плечу. – Сколько же мы не виделись?
Целую вечность! Это твоя дочь?
– Нет, это просто Люба. Мой друг! – ответил Мило.
Люба тоже поклонилась, но с меньшим достоин-
ством, поскольку находилась в растерянности: она ни-
когда не встречалась с королями.
– Не подходи, девочка! У меня ужаснейшая просту-
да…– предупредила королева, прикрывая лицо плат-
ком.
– Мы рады видеть твоего друга, Мило. Или вернее
подругу! – воскликнул король. – Хотя, по правде говоря,
не умею ладить с детьми: я их не понимаюРасскажи
мне, где ты пропадал столько времени. Куда держишь
путь?
– Я направляюсь в Джоконду!
– В Джоконду? – изумился король.
– В Джоконду? – вздрогнула королева.
– Да! – подтвердил Мило. – Я должен освободить
мою страну. Там у меня невеста…
– Дерзкое решение! – король покачал головой, и ко-
рона съехала набок. – А знаешь, что ждет тебя там?
– Я готов на все! Разве я не солдат?
– Оставайся у нас – нам так скучно последнее вре-
мя, – предложила королева, а точней сказать, попро-
сила.
– У вас тут ужасно холодно! – забыв о вежливости,
заметила Люба.
– Я сама замерзаю, – призналась королева. – Кто-
то сказал, что холод – это единственное, к чему при-
выкнуть нельзя. – Королева наклонилась к Любе и ше-
потом пояснила: – До того, как выйти за Снежного ко-
роля, я была Солнечной принцессой. Нас познакоми-
ли… Сперва он растаял от любви, а потом я замерзла.
Теперь из меня никак не выйдет простуда. Просто не
знаю, что де-делать. Апчхи!
Король элегантно протянул ей чистый платок.
– Не имеете ли вы возможность хоть чем-нибудь по-
мочь мне, ваша снежность? – доверительно обратил-
ся Мило к королю, словно беседовал со старым знако-
мым.
Король почесал голову – и корона снова съехала на-
бок.
– Не можете помочь? – повторил Мило.
– Хотел бы иметь такую возможность… Но вряд ли
имею ее! – ответил король. – С тех пор, как Мышиный
король, это ужаснейшее ничтожество, завладел Джо-
кондой, мы порвали с его страной всякие отношения!
Мы даже перестали поставлять ей лед… Представля-
ешь, до чего дошло?
– Представляю, – ответил Мило.
– Но кое-что я все-таки постараюсь сделать! Ко-
роль решительно приподнялся, чтобы оторвать при-
мерзшие королевские панталоны от ледяного трона.
– Вы знаете, ваша снежность, мне в моем положе-
нии может помочь… даже какая-нибудь мелочь! – при-
знался Мило.
– Я могу оградить тебя от опасностей… и неприят-
ностей! Но лишь на некоторое время… Совсем нена-
долго! Подарю тебе один из своих высококачествен-
ных талисманов. У меня их осталось совсем немного.
Но один, что побольше, я тебе все-таки дам!
Король жестом подозвал к себе слугу, похожего на
сосульку, что-то сказал ему – и тот укатил на коньках
выполнять поручение.
– Что вы знаете про Николаса? – поинтересовался
Мило.
Король загрустил. И чтобы скрыть это, приподнялся,
снова оторвал от ледяного трона свои примерзшие ко-
ролевские панталоны.
– С первых дней своего краха, своего ужасного пора-
жения Николас заколдован Мышиным королем. Тот си-
дит на плече у бывшего правителя Джоконды и, страш-
но подумать, управляет всеми его поступками. Куда по-
вернется мышиный хвост, туда и устремляется бедный
Николас. Его руками Мышиный король… Одним сло-
вом, страшно подумать!
– Я постараюсь расколдовать его и уничтожить Мы-
шиного короля! – гневно воскликнул Мило.
– И в столь опасный путь ты берешь с собой девоч-
ку?! – ужаснулся король. Он указал на Любу, которая
шепталась о чем-то с королевой.
– Она не покинет меня! – уверенно ответил Мило.
– В таком случае мне придется дать тебе не один, а
два талисмана!
Король принял из рук слуги, похожего на сосуль-
ку, прозрачный ларец. В нем, словно отколовшись от
радуги, переливались разными красками перстни из
цветного льда.
Король достал два из них. Сперва он выбрал самый
крупный перстень из синего льда, а потом, подумав не-
много, достал другой – чуть поменьше, зеленого цвета.
Оба перстня он протянул Мило со словами: – Вот
мои талисманы! Они обладают чудесной силой: убе-
регают от бед и несчастий. Разумеется, пока они на
пальцах… тех, кто ими владеет. Но перстни ледяные, и
хотя волшебный лед тает медленнее обычного, но он,
к сожалению, все-таки тает! Поэтому надо успеть вос-
пользоваться его волшебством…
– Надо сейчас же надеть их? – поинтересовался Ми-
ло.
– Ни в коем случае! – вскрикнул король. – Я дам те-
бе две коробочки. В них до поры до времени храни эти
перстни. Маленькие холодильнички, в которых перст-
ни не тают… Вы будете доставать их по мере надобно-
сти. И лишь тогда надевать! В самом крайнем случае!
– А потом снова запрятывать в холодильнички?
– Именно так. Понятливый ты! – Король дотянулся и
хлопнул Мило по плечу. Корона съехала набок.
– Упакуйте талисманы! – приказал он слуге, похоже-
му на сосульку. Тот умчался с талисманами и ларцом.
– Как ты уже, вероятно, понял, – продолжал ко-
роль, – перстень, что побольше, – для тебя, а помень-
ше – для твоего друга. Верней для подруги… Теперь ты
видишь, как я к тебе отношусь – ничего не жалею! Это
потому, что ты настоящий солдат, а я уважаю воинов.
Если б я не был Снежным королем, то обязательно бы
стал генералом! А может, даже фельдмаршалом! Или
чем-нибудь в этом роде.
Слуга вернулся с двумя коробочками на ледяном
подносе. Король протянул их Мило.
– Никогда не забуду ваше великодушие! – поблаго-
дарил Мило.
Королева тоже обратилась к супругу:
– А неплохо было бы, если б тебя, дорогой, все на-
зывали так: ваше великодушие! Это лучше, чем «ваша
снежность». Благозвучнее! И по смыслу больше под-
ходит…
– Ты права! – согласился король. Протянул ей пла-
ток, хоть она на этот раз не чихала. И вновь повернул-
ся к Мило: – Как же ты держишь путь в Джоконду?
– Насколько я помню, кратчайшая дорога лежит че-
рез королевство Сластей?
Король нахмурился:
– Это тоже опасно! Вам надо поскорей миновать
эту приторную страну сладких соблазнов. Я был там с
официальным визитом – и потом две недели маялся
страшной изжогой: объелся соевыми батончиками!
– Мы там не задержимся! – пообещал Мило. – Кста-
ти, как добраться туда? На чем? Сюда-то мы прилете-
ли на журавле. Но он уже далеко…
– Мы отправим вас! – успокоил король. – Положись
на меня. Вы уплывете из нашего королевства на пер-
ламутровой раковине. Я предоставлю вам лучшую из
тех, что у меня есть!
– Спасибо, ваше великодушие!
По ледяной глади, напоминавшей русло замерз-
шей реки, скользила перламутровая раковина. А по-
том гладь незаметно кончилась, и корабль-раковина
соскользнул в голубую воду. В руках у Мило вместо
трезубца, которым он отталкивался от ледяной дороги,
появилось весло. Люба опустила руку за край ракови-
ны, как за борт:
– Вода… И какая теплая… Смотри, Мило! Что это с
ней?
Вода стала густеть и из голубой постепенно превра-
щаться в желтоватую, вязкую.
– Попробуй на язык! – загадочно улыбаясь, предло-
жил Мило, не прекращая работать веслом.
Люба облизнула мокрый палец.
– Мед… И какой душистый! Попробуй, Мило!
– Некогда лакомиться: мы приближаемся к цели! –
ответил Мило. – Это уже королевство Сластей. Посмо-
три на деревья… Они шоколадные!
Люба оживилась. Она обломила на ходу ветку шоко-
ладного дерева и откусила от нее кусочек.
– Шоколад с орехами! – сообщила она. И вновь по-
тянулась за веткой.
– Будь осторожней! – предупредил Мило. – Если от
всего будешь отламывать по кусочку и класть себе в
рот, ты заболеешь! Что я тогда буду делать с тобой?
– Я бы хотела пожить в этой стране, – мечтательно
прошептала Люба.
– Тебе бы тут надоело! Сладкая жизнь вредна для
здоровья… и приедается!
За крутым поворотом медовой реки показался дво-
рец. Издали он был похож на огромный сюрпризный
торт.
– Смотри, Мило! – закричала Люба. – И его тоже…
можно съесть?
– Это опасно! – засмеялся Мило. – Он сделан из кре-
ма, варенья и леденцов. Но дворцу уже больше пяти-
сот лет: крем, я думаю, не вполне свежий, а варенье и
леденцы, вероятно, засахарились.
Раковина пристала к берегу. Ступив на него, Люба
не удержалась и нагнулась за цветком с желтыми ле-
пестками. Стебель хрустнул и обломился.
Люба лизнула его… Она ощутила кисло-сладкий
вкус карамели. А лепестки цветка оказались лимон-
ным! дольками.
Мило погрозил ей пальцем:
– Ты попадешь в больницу с диагнозом «сахарная
болезнь»!
Мило и Люба зашагали к дворцу. Под ногами у них
хрустели засахаренные орешки, которыми, вместо гра-
вия, была посыпана дорога. Все вокруг напоминало
огромную кондитерскую: по обеим сторонам росли де-
ревья, ветви которых сгибались под тяжестью глазиро-
ванных фруктов. Вскоре они вошли во дворец, который
не охранялся.
Полы во дворце были выложены вафлями, а стены
облицованы бело-розовым зефиром.
У Любы кружилась голова от приторных ароматов
ванили, корицы и фруктовых начинок. Но она взяла се-
бя в руки и не отставала от Мило ни на шаг.
Королева Сладкоежка Вторая полулежала на кушет-
ке из яблочной пастилы и тянула прямо из банки сгу-
щенное молоко, когда ей доложили о двух неизвест-
ных, которые просят принять их.
– Пригласите! – молвила королева.
Мило и Люба вошли.
Пока Мило беседовал с королевой, Люба потихоньку
отламывала кусочек за кусочком от ручки пряничного
кресла, на котором она сидела.
– Да, ваше сладостное величество, мое решение
окончательное: я направляюсь в Джоконду! – так, за-
вершая беседу, сказал Мило.
– А ваша спутница?
– Отправится со мной!
– Она могла бы погостить у меня, – предложила ко-
ролева Сладкоежка Вторая. – Какой же ребенок не лю-
бит сладкого? А она, конечно, ребенок… И ей здесь
не может не нравиться. Кстати, у меня есть кое-что по-
вкуснее, чем ручка старого кресла!
– Я нечаянно… От волнения, – стала оправдываться
Люба.
– Знаешь, почему королеву зовут Сладкоежкой Вто-
рой? – шепотом спросил у Любы Мило.
– Почему?
– Потому что Сладкоежка Первая – это ты!
– Все естественно и нормально! – успокоила Любу
королева, будто уловила слова Мило. – А тебе, – обра-
тилась она к бывшему Щелкунчику, – незачем подвер-
гать ребенка опасностям! В моей стране извели всех
мышей. Они перебрались в Джоконду. Там для мы-
шей раздолье: они пожирают все, что только можно со-
жрать.
– Я не боюсь мышей! – сказала вдруг Люба. И реши-
тельно покинула пряничное кресло с обломанной руч-
кой. – Я пойду с Мило!
– Она пойдет! – подтвердил он.
– Я бы лично не рисковала…– с сожалением произ-
несла Сладкоежка Вторая.
Мило решил переменить тему:
– Ваше сладостнее величество! А есть какие-нибудь
новости из Джоконды? Я имею в виду Николаса.
Лицо королевы перестало быть сладким.
– Не упоминайте при мне его имени! Не предста-
вляю себе, как я могла согласиться стать его женой.
Это было страшное заблуждение… Я не знала, что он
столь безволен! Мышиный король сел ему не только на
плечо, но и на шею. И в полном смысле слова лишил
разума. Увы, Николас перестал быть Николасом!
– Вот поэтому я и спешу в Джоконду! – воскликнул
Мило.
– Представьте себе, он тоже стал колдуном! – про-
должала королева.-
Решив жениться на чужой невесте, он превратил ее
жениха в деревянную куклу. И лишил его голоса. В бу-
квальном, так сказать, смысле!
– Посмотрим… посмотрим…– пробормотал Мило.
– Надеюсь, вы заночуете у меня во дворце? Вече-
ром у нас конфетный бал. Мои лучшие кондитеры про-
демонстрируют свое мастерство.
– Не хотелось бы задерживаться, – вежливо отка-
зался Мило.
Королева не стала настаивать и только спросила:
– Могу ли я чем-нибудь помочь вам?
– Добраться до границы с Джокондой, – ответил Ми-
ло.
– Охотно помогу! – согласилась Сладкоежка Вто-
рая. – Моя карета к вашим услугам. Она только вчера
выпечена из лучшего пряничного теста.
– Не развалится в дороге? – спросил Мило.
– Что вы говорите! – Королева вновь перестала быть
сладкой, она рассердилась. – Ее выпекал самый опыт-
ный пекарь-каретник!
– Извините! Я неудачно пошутил…– Мило поклонил-
ся.
Сладкоежка Вторая сменила гнев на сладость:
– Но как же вы перейдете границу без пропусков?
Она охраняется летучими мышами!
– Мы выедем, с вашего разрешения, этой ночью,
чтобы к утру быть на границе, – сказал Мило, – Днем
летучие мыши спят!
– И она тоже спит…– тихо произнесла королева, ука-
зав на Любу, которая вновь опустилась в кресло с по-
лусъеденной ручкой и сладко в нем прикорнула. Во-
обще-то Люба любила спать… Но в данном случае ее
сразила усталость.
Мило и Люба вглядывались в темноту.
– Ты будешь делать все, что я скажу тебе, – прошеп-
тал Мило.
– Как договорились…– чуть слышно ответила Люба.
– Сейчас летучие мыши облетают границу. Мы услы-
шим, когда они будут над нами. Надо хорошо прита-
иться… Если они не заметят, дождемся рассвета и бы-
стро пересечем границу. А там уж я знаю дорогу, кото-
рая безопасна. Тише! Летят…
Шорох крыльев, зловещее поскрипывание в воздухе
заставили Любу похолодеть. Она съежилась и плотно
прижалась к земле.
Летучие мыши держались сомкнутым строем, потом
разлетались в стороны и вновь собирались вместе. Их
было много… Они заслонили собою звездное небо.
Мило и Люба почти не дышали.
Но вот зловещее поскрипывание стихло вдали.
– Убрались…– прошептал Мило. – Значит, начнет
светать. Летучих мышей заменят наземные стражники,
но мы уже будем далеко. Вставай, Люба! Пошли…
И они двинулись вперед, продираясь сквозь заро-
сли, спотыкаясь, падая и вновь поднимаясь.
Люба проснулась, но глаз долго не открывала. Ноч-
ное видение не покидало ее…
И за завтраком мысли ее были так далеко, что мама
спросила с тревогой:
– О чем ты задумалась? Ты здорова?
Люба молча допила свое молоко. И лишь тогда вос-
кликнула, заставив маму вздрогнуть и схватиться за
сердце:
– А ты могла бы ночью без пропуска перейти грани-
цу?
– Надо тебе измерить температуру! – убежденно
сказала мама. – И проверить, что за книжки ты перед
сном читаешь…
– Никто здесь не понимает меня. – Люба тяжко
вздохнула. – Тут я никому не нужна…
А вечером она опять постаралась пораньше лечь
спать: надеялась, что опять встретится с Мило… Не
могла же она оставить его без помощи, одного!

Сон продолжает продолжаться…
Дворцовые часы пробили полдень, когда на город-
ской площади появилась никому не знакомая девочка
в сопровождении молодого офицера.
Казалось, ничто не нарушило обычную жизнь Джо-
конды: лавки в торговых рядах, как и раньше, одна за
другой закрывались на обеденный перерыв. Редкие в
этот час прохожие торопились кто куда по своим де-
лам. Не было слышно ни смеха, ни песен, ни даже
обычных человеческих разговоров…
Слуги и стражники Мышиного короля стали хозяева-
ми города. Их нелегко было обнаружить: они скрыва-
лись среди серых сучьев голых деревьев, как бы сли-
ваясь с ними, на выступах здания ратуши, на чере-
пичных крышах домов. Однако, приглядевшись, мож-
но было заметить их хищные глазки, словно просвер-
ливавшие все кругом.
– Ты видишь, сколько их? Повсюду… Ты видишь,
Мило?
– Вижу… Но мы не должны выдать себя!
– Куда мы идем?
– Мне надо встретить хоть одного знакомого чело-
века! – ответил Мило, вглядываясь в лица редких про-
хожих.
Из переулка на площадь въехала повозка с корзина-
ми овощей и фруктов. Старая торговка подгоняла уны-
лого, задумчивого мула. При каждом ударе он презри-
тельно косил глазом на торговку, словно она была на-
зойливой мухой.
Внезапно послышался недобрый шум крыльев и
зловещее поскрипывание: со всех сторон, как на при-
манку, стали слетаться мыши. Они набросились на по-
возку, в одно мгновение очистили ее и столь же вне-
запно исчезли…
Мило и Люба, притаившись за утлом, наблюдали все
это.
Послышалась сухая барабанная дробь… К центру
площади направлялся взвод солдат. Они марширова-
ли молча, с безразличными, окаменевшими лицами.
Только барабанщик старался вовсю. Странное зре-
лище представлял собой этот взвод: ни у одного сол-
дата не было оружия.
– Это мои друзья! – воскликнул Мило. – Я командо-
вал ими. Подожди меня здесь…
С этими словами он пристроился к солдатам и, про-
шагав немного, тихо обратился к своему соседу:
– Поль! А Поль! Это я… Твой капитан Мило! Я вер-
нулся…
Солдат Поль не ответил: быть может, барабанная
дробь заглушила голос Мило.
Тогда он погромче обратился к другому солдату:
– Жан! А Жан! Как поживаешь? Как твоя жена, дети?
Они выросли? Неужели ты не помнишь меня? Я Ми-
ло… Ваш капитан Мило!
Солдат Жан не ответил.
Тогда Мило попытался заговорить с солдатом, кото-
рый замыкал строй:
– Жак! А Жак! Что стало со всеми вами? Почему не
узнаете меня?
– Я сразу узнал тебя, капитан! – ответил солдат Жак,
не поворачивая головы.
– Правда? Узнал? Это прекрасно! Я вернулся к вам,
Жак… А где ваше оружие?
– Теперь мы безоружны, – ответил солдат, безраз-
лично глядя в спину идущего впереди. – У нас отняли
наши ружья и клинки. Они сданы в арсенал, как в ар-
хив… Их стерегут стражники Мышиного короля.
– Как вы могли позволить… разоружить себя? Вы же
солдаты! – гневно закипая, изумился Мило.
– Какие мы солдаты? Нам оставили только форму и
этого барабанщика! – грустно процедил солдат Жак. –
Сам Николас приказал нам сложить оружие. Он ведь
был нашим командующим!
– Куда вы держите путь? – поинтересовался Мило.
– Никуда! – ответил солдат. – С утра до вечера нас
гоняют по городу… для того, чтобы мы были на виду.
Мыши хотят видеть, что мы против них ничего не за-
мышляем. Они наблюдают за нами. Так что лучше от-
стань от нас, пока тебя не заметили!
– Слушай, Жак! – сказал Мило, ни на шаг не отста-
вая от строя. – Скажи всем своим друзьям, что капи-
тан Мило вернулся и опять будет с вами. Вы получите
обратно свои клинки и ружья. И вновь станете благо-
родными воинами! Запомни, что я сказал… Мило от-
стал от строя и некоторое время постоял в раздумье,
провожая взглядом солдат. Потом повернул назад и то-
ропливо зашагал туда, где его ждала Люба.
– Я боялась, что ты не вернешься! – сказала она. И
облегченно вздохнула.
– Как ты могла так подумать! – ответил Мило. Он
достал одну коробочку с волшебным кольцом: – Твое
кольцо должно быть с тобой! Возьми его… На всякий
случай. А теперь пойдем…
Вскоре они очутились возле лавки сапожника. Тот
сидел на пороге и тачал сапоги.
– Гастон! – окликнул его Мило. – Подними голову и
взгляни на меня!
– Проходи… проходи, голубчик, – не поднимая голо-
вы, ответил сапожник.
– Гастон! Это я, Мило… Капитан Мило! Ты забыл ме-
ня? Не я ли заказывал у тебя пару офицерских сапог?
– Ничего не хочу помнить… Не мешай мне! – послы-
шалось в ответ.
– Гастон! Ответь мне только на один вопрос: где най-
ти мою Парлипа? Танцовщицу Парлипа! Ты смасте-
рил… нет, верней сказать, сотворил для нее не одну
пару балетных туфелек! Где мне ее искать?
Сапожник склонил голову еще ниже. И еле слышно
произнес:
– Она заточена в замке. У нее теперь деревянные
ноги. Больше я ничего не знаю… Иди!
– Деревянные ноги? – в ужасе повторил Мило.
– Я сказал тебе: иди! И ни о чем меня больше не
спрашивай… За нами могут следить!
– Деревянные ноги?! – прошептал Мило в отчая-
нии. – У моей Парлипа деревянные ноги… Что это зна-
чит?
– Если он превратил тебя в Щелкунчика, он мог за-
колдовать и твою невесту. Сделать ей деревянные но-
ги, чтобы она уж никогда больше не танцевала…– роб-
ко предположила Люба.
Мило мигом преобразился: от растерянности и сле-
да не осталось, жаждой мщения озарилось лицо.
– О!.. Они мне заплатят за это! Правда на моей сто-
роне! А раз так…
– Куда ты собрался идти? – прошептала Люба испу-
ганно.
– Мы должны пробраться в замок! Немедленно! И
он устремился вперед, увлекая за собой свою верную
спутницу…
Под самой крышей одинокой башни старинного зам-
ка томилась Парлида.
Горестно откинувшись на гнутую спинку кресла, она
сидела в тяжелом парчовом платье, подол которого до-
ставал до самого пола. А перед нею был стол, заста-
вленный такими яствами, будто все происходило в ко-
ролевстве Сластей. Во взгляде пленницы не было на-
дежды ожидания… И даже отчаяния не было: взгляд
ее остановился, остекленел.
До ее слуха донеслись тяжелые шаги – кто-то при-
ближался к темнице. Щелкнул затвор с наружной сто-
роны кованой двери.
Парлипа вздрогнула. Тени под глазами сгустились,
по телу пробежала нервная дрожь.
Дверь отворилась – и в комнату, грузно ступая, во-
шел Николас. Рыжие дремучие брови нависли над его
глазками. Взгляд блуждал… Пальцы теребили янтар-
ные четки. На плече у него уверенно, как на троне, при-
мостилась жирная летучая мышь. На ее узкой вытя-
нутой головке сверкала драгоценными камешками ми-
крокорона.
– Мы решили навестить тебя, очаровательная Пар-
липа! Мы хотели узнать, не отказалась ли ты от своего
неразумного решения? – прохрипел Николас.
Пленница не смотрела на него.
Мышиный король на плече Николаса заерзал, сверк-
нул острыми глазками и издал пронзительный писк.
Ему не понравилось молчание Парлипа.
– Я на тебя не обижаюсь! – вкрадчиво продолжал
Николас. – Но, поверь, я сделал все возможное для
того, чтобы ты могла полюбить меня…
– Вы лишили меня всего, что я имела, – глухо отве-
тила Парлипа.
– Ты говоришь о Мило? – усмехнулся колдун. – Но
я должен был убрать его со своей дороги! Он хотел на
тебе жениться… А я полюбил тебя – и мы с его вели-
чеством Мышиным королем превратили Мило в дере-
вянную куклу. Любовь не выбирает средств в борьбе-
Если это пылкая любовь… Такая, как у меня! Когда мы
объявим о нашей свадьбе? Когда?!
– На следующий день после «никогда»…
Мышиный король возмущенно зашуршал крыльями.
Лицо Николаса побагровело… Но он сдержал себя.
– Надеюсь, ты понимаешь, что в нашей власти за-
ставить тебя, – произнес он, не повышая голоса. – Мы,
кажется, уже доказали тебе, на что способны! Или это-
го еще мало?
Николас нагнулся и резким движением приподнял
подол парчового платья Парлипа, приоткрыв ноги тан-
цовщицы.
Парлипа медленно, тяжко поднялась и гордо вы-
прямилась перед колдуном, покачиваясь на своих де-
ревянных ногах. Лицо ее выражало отчаянную реши-
мость.
– Вы лишили меня моего любимого. Вы лишили ме-
ня ног… Вы убили во мне балерину! Но вы ничего не
добились этим… Ничего! – Голос ее срывался от не-
нависти и отвращения. – Вы можете превратить меня
всю в деревяшку, как сделали это с Мило. Всю с голо-
вы до ног! Я готова на это… Превращайте! Ну…
Скорее… Скорее! Неужели вам не надоело слушать
то, что я повторяю изо дня в день? Я не буду твоей же-
ной, Николас. Никогда. Более чем никогда! Вы… вы…
У Парлипа перехватило дыхание.
– Я могу превратить тебя во что угодно! – усмехнул-
ся колдун. – Но ты мне нужна живая, а не мертвая!
Если дашь согласие выйти за меня замуж, ты опять бу-
дешь танцевать, как прежде. Как в пору, когда столь не-
разумно полюбила своего капитана Мило. И даже луч-
ше!
– Я не переставала любить его, – сказала Парлипа. –
И не перестану! А тебя я ненавижу вместе с твоим мы-
шиным покровителем. Что может быть отвратительнее
мышей и крыс?!
Жирный король с узкой вытянутой головкой, сидев-
ший на плече, как на троне, опять зашуршал крыльями
и издал пронзительный писк.
Николас властно поднял руку:
– Хватит! Довольно… Я не позволю больше оскор-
блять слух его величества! Но я еще вернусь… И мы
поговорим о дне нашей свадьбы. Моему терпению нет
предела!
– И жестокости тоже! – глухо произнесла пленница.
Хлопнула кованая дверь; угрожающе звякнул засов.
Парлипа опустилась в кресло и вытянула перед собой
ноги, которые казались ей чужими и мертвыми.
Она не знала… Она представить себе не могла, что
Мило и Люба уже карабкались вверх по стене одино-
кой башни, цепляясь за плети дикого винограда. Их це-
лью было двустворчатое окно под самой крышей.
На бархатной подушке с золотыми кистями, ниче-
го не подозревая, крепко спал Мышиный король. Две
летучие мыши сторожили его золотую микрокорону.
А на втором этаже замка при свечах и жарко пыла-
ющем камине колдун Николас играл в карты со своей
старухой матерью.
– Проклятая девчонка! Она ненавидит меня…– Ни-
колас бросил на стол карты и откинулся в кресле.
– Ты говоришь о той несчастной девушке, которую
держишь взаперти? – спросила старуха.
– Она сама сделала себя несчастной! Согласись,
если она выйдет за меня замуж, то мгновенно станет
первой дамой Джоконды!
– Какой Джоконды? – вздохнула старуха, собирая
карты. – Это уже не Джоконда! Я твоя мать, и я могу го-
ворить тебе правду. Имею право! Ты, Николас, сошел
с ума…
– Я заставлю ее согласиться! – упрямо пробормотал
Николас. – Мы сломим ее упорство. Я добьюсь своего!
– Боюсь за тебя, Николас…– произнесла старуха. –
Ты стал колдуном. Злым колдуном! А ведь я помню те-
бя добрым, порядочным человеком. Я не могу не лю-
бить тебя, потому что ты сын мой. Но одобрять твои
поступки я не обязана…
– Да, я стал колдуном! – вскипел Николас. – Я могу
и тебя превратить во что угодно!
– Ты не посмеешь этого сделать…
Николас усмехнулся:
– Хочешь, попробую? Ну, во что превратить? Говори!
– Не смей! Я запрещаю тебе…– вскричала старуха.
– Посмею! – упрямо сказал колдун.
– Я не за себя боюсь. Не за себя… Но пойми: под-
нявший руку на мать не может иметь прощения. Я за
тебя боюсь, сын мой!
– Не бойся за меня! Я просто хочу показать тебе
свою силу. Хочу доказать… Чтобы ты мной гордилась!
Хочешь, я превращу тебя в бабочку? Это не так страш-
но… В красивую бабочку!
Старуха в ужасе попятилась:
– Сын! Я боюсь за тебя… Тебе не будет прощения!
Николас уже ничего не слышал – он колдовал.
– В бабочку! В бабочку! Я превращу тебя в бабочку…
Мама! Ты бабочка… Бабочка! – завопил он истошным
голосом и взмахнул руками перед лицом матери.
В тот же миг старуха исчезла, а бабочка, крылья ко-
торой напоминали мраморные разводы, бесшумно за-
порхала по комнате.
Николас молча наблюдал за беспечным полетом ба-
бочки… Пока она не наткнулась на пламя свечи, не
вспыхнула и не упала на стол. Только тогда он опо-
мнился и устало опустился на стул, шепча как бы про
себя:
– Прости, мама… Я пошутил… Теперь я сирота… Я
сам сделал себя сиротой.
Слеза покатилась по щеке и исчезла, затерялась в
его рыжих дремучих усах.
Хоть Николас и был колдуном, он так же, как и Мы-
шиный король, беззаботно спавший на своей бархат-
ной подушке, не подозревал, что в это самое время
Мило и Люба уверенно приближались к своей цели.
Иногда Любе становилось страшно. Ей казалось, что
она того гляди сорвется и разобьется у подножия баш-
ни. Ей хотелось проснуться, потому что она понима-
ла, что все это происходит во сне, который можно пре-
рвать. Но так только казалось… Сон упрямо не преры-
вался. И она была благодарна ему!
Двустворчатое окно одинокой башни было уже со-
всем близко. Еще несколько усилий – и Люба увидит
бедную Парлипа…
Дорога спасителей никогда не бывает легкой.
Мило и Люба, изнемогая от напряжения, вскарабка-
лись на подоконник и проникли в комнату, где томилась
Парлипа.
Пленница, услышав шум, не открыла глаза: она жда-
ла любых козней и утратила способность откликаться
на них.
– Что с ней? Она жива? – воскликнул Мило, обраща-
ясь к Любе, словно та могла ответить на этот вопрос.
Тогда пленница приоткрыла глаза… Вновь закрыла
и сильно протерла руками: она не поверила тому, что
увидела. Потом тихо проговорила:
– Мило… Это ты?
– Это я! – торжествующе подтвердил он.
– Я верила, что ты вернешься… чтобы спасти ме-
ня… Я ждала тебя… Столько лет прошло!
Слезы радости двумя ручейками катились по ее
бледным щекам.
– Парлипа! Дай мне обнять тебя, как преждеМило
бросился к своей невесте и поднял ее на руки. А когда
опустил ее на пол, то заметил, что Парлипа не в состо-
янии двинуться. Она виновато и стыдливо взглянула
на жениха, закрыла лицо руками.
– Что они с тобой сделали? – закричал Мило.
– У меня… не мои ноги, – ответила Парлипа. – Они
чужие… Они, деревянные.
– Ну, что же? Пусть! Ты мне и такая нужна…
Мило упал на колени, стал осыпать поцелуями ее
деревянные ноги.
И тут произошло чудо! Да, чудо из чудес… Ноги ожи-
ли! Конечно, Парлипа первой почувствовала это. Она
сделала несколько неуверенных шагов. Потом пошла
смелее, смелее… Попробовала присесть. И это уда-
лось ей.
Будто страшась ошибиться, она приподняла парчо-
вый подол. И все трое увидели не мертвые, не дере-
вянные… а живые ноги. Те самые, которые привыкли
кружиться в танце!
Парлипа, словно все еще сомневаясь, сделала не-
сколько осторожных танцевальных па. Потом закружи-
лась уверенней… И внезапно, прервав танец, упала в
объятия Мило.
– Любимый мой… Ты меня спас!
– Это чудо! Чудо! – повторял Мило, прижимая ее к
сердцу.
– Нет… не чудо! – возразила ему Парлипа. – Твоя
любовь оказалась сильней колдовства. Ты сказал, что
я любая нужна тебе. Даже с мертвыми ногами, даже с
деревянными! Ты поцеловал их – и колдовство разле-
телось в прах.
Тут только Парлипа заметила Любу.
– Кто эта девочка? – спросила она.
Мило подвел Любу к ней.
– Это моя маленькая, но смелая подруга, – сказал
он. – Она спасла меня, вернула к жизни, и мы вместе
примчались к тебе на помощь.
– Я так благодарна… вам обоим! – стесняясь и по-
тому на миг отвернувшись в сторону, прошептала Пар-
липа.
Мило внезапно стал очень серьезным. Даже стро-
гим.
– Надо немедленно выбраться отсюда! И кажется,
пора надеть перстни…
Мило и Люба достали из карманов свои холодиль-
нички. И надели волшебные кольца.
– Теперь – за мной!.. – по-офицерски скомандовал
Мило. И подошел к двери.
– Она заперта снаружи, – предупредила Парлипа.
Мило дотронулся перстнем до дверной ручки. И где-
то там, снаружи, с грохотом отвалился громоздкий за-
сов. Дверь бесшумно отворилась…
Мило кивнул… И все трое бесстрашно устремились
во тьму. Некоторое время они молча продвигались
вперед, держась за руки.
– Стойте! – тихо сказал Мило. – Слышите?.. Отку-
да-то издалека донесся слабый крик. Это был призыв
о помощи.
– Кто-то зовет нас, – сказал Мило. – Мы кому-то нуж-
ны…
Все трое замерли. Крик повторился.
– Вперед! – скомандовал Мило. – Нас ждут…
В конце коридора едва брезжил свет. Устремившись
на него, как на маяк, храбрецы очутились перед клет-
кой, похожей на гигантскую мышеловку. За ее метал-
лическими прутьями они увидели юношу… Это его го-
лос, уже изнемогающий, звал их на помощь.
Парлипа бросилась к решетке:
– Натаниэль!
– Кто это? – спросил Мило.
– Натаниэль! Наш городской крысолов! И мыше-
лов…
– Давно он здесь?
На вопрос ответил сам пленник, с трудом собрав си-
лы:
– С тех пор, капитан, как мыши завладели страной и
вас превратили в Щелкунчика!
– Натаниэль! Ты узнал меня? – спросила его Парли-
па.
– Как же вас не узнать! – Натаниэль закашлялся и
бессильно опустился на дно клетки. – Вы так танцева-
ли в те золотые дни, когда танцы еще не были отмене-
ны и запрещены…
– У нас нет времени для воспоминаний! – строго
вмешался Мило.
Он прикоснулся перстнем к дверце решетки – и она
распахнулась. Натаниэль, качаясь, превозмогая свое
бессилие, вышел на свободу. И протянул руки к Мило,
желая обнять его. Но тот отстранился:
– И на это тоже нет времени… Надо торопиться! Ты,
Натаниэль, знаешь, где расположены казармы?
– Конечно, знаю!
– Так вот…– Мило положил руку на плечо юноши. –
Ты доберешься до казарм и передашь солдатам от мо-
его имени, чтобы они спешили к арсеналу и вооружа-
лись. Ты поведешь их! Я назначаю тебя командиром!
Нам нельзя терять ни минуты… Люба! Одолжи на вре-
мя свой перстень Натаниэлю. Сейчас он ему нужнее…
Юноша надел на палец зеленый перстень, три раза
глубоко вдохнул в себя воздух свободы – и сразу же, у
всех на глазах силы вернулись к нему!
На раскиданных по столу игральных картах лежала
с полуобгоревшими крыльями мертвая бабочка.
В канделябрах догорали свечи.
– Здесь никого нет… Пусто! – Люба, оглядываясь,
прошлась по комнате.
– Нам нужно поскорей найти Мышиного короля и
разделаться с ним! За все… за все с ним расплатить-
ся! – торопил Мило. – Мой перстень понемножку начи-
нает таять и терять свою волшебную силу…
– Смотри, Мило! Бабочка! Она попала в пламя и по-
гибла…
Мило подошел к столу и дотронулся перстнем до
мертвой бабочки.
– Вы спасли меня…– раздался негромкий и хриплый
старческий голос.
На столе сидела мать Николаса. – Спасибо вам…
Хотя, по чести сказать, я не хотела воскресать и видеть
то, что видеть невыносимо. – Она изумленно разгля-
дывала своих спасителей:– Кто вы такие? Хотя вас…–
она обратилась к Мило, – я где-то встречала.
– Вы должны меня знать, сударыня! – ответил Ми-
ло. – Я был офицером войск Джоконды, пока ваш
сын… не превратил меня в деревяшку.
– Но вы… я вижу, и сейчас офицер!
– Сейчас – да… Так же, как и вы теперь – опять вы!
– Мой сын лишился разума! – сообщила старуха,
слезая со стола. – Подумать только: родную мать пре-
вратил в бабочку и мертвой бросил на этом столе! Та-
кого я никак не ожидала… Но мать всегда остается ма-
терью… И поэтому прошу вас, заклинаю: освободите
сына моего от злобных чар коронованного мышиного
чудовища! И вас прошу…– обратилась она к Любе и
Парлипа. – Вы кто?
– Меня зовут Парлипа! – представилась балерина.
– Парлипа! – воскликнула старуха. – Балерина Пар-
липа? Это на вас задумал жениться мой дурак?
– Да. Но я не люблю его и никогда бы не вышла за
него замуж. Я невеста Мило!
– Мой сын вам не пара, – согласилась старуха. – Ни-
колас был обручен с королевой Сластей, но обманул
ее. Это так непорядочно. Хотя Николас, в сущности, не
виноват: он сам оказался жертвой Мышиного короля! –
Подумав, она добавила: – Для матери ее сын никогда
не может быть… виноватым. Даже если по его милости
она обожгла себе крылья. И если даже вовсе сгорела
на огне… по его воле…
– Где нам искать Мышиного короля? – нетерпеливо
прервал ее Мило.
– Идемте…– сказала старуха. – Идемте, я знаю, где
они могут быть!
Старуха подошла к стенному шкафу с книгами, вы-
нула несколько томов сказок… и нажала на кнопку.
Стена стала раздвигаться, разъезжаться в разные сто-
роны, открывая потайной вход.
Все устремились туда.
В полутемном зале, на стенах которого висели ста-
ринные ружья, пищали и копья, возле двери в спаль-
ню Мышиного короля, опираясь на длинный изогнутый
меч, стоял Николас.
– Как ты появился здесь? И что тебе надо? – зары-
чал он, увидев Мило.
– Мне нужен Мышиный король! А с тобой потом у нас
будет особый разговор…
Колдун зловеще захохотал:
– У тебя, однако, скромные желания!
– Отойди от двери, – потребовал Мило.
– Изволишь шутить?
Николас занес над головой Мило свой изогнутый
меч.
– Не больше, чем ты! – бесстрашно ответил Мило.
И поднял руку с перстнем.
Обломки меча со звоном упали на каменный пол.
Мышиный король проснулся от шума и звона за две-
рью. Он прислушался…
Летучие мыши следили за своим господином, лени-
во шевеля крыльями. Мышиный король напрягся, на-
сторожился, стал испуганно озираться по сторонам. И,
неожиданно подав команду телохранителям, сам рас-
правил крылья и вылетел в раскрытое окно. Телохра-
нители зашуршали крыльями и устремились за ним…
Мило, а за ним Люба и Парлипа ворвались в двор-
цовую комнату. Она была пуста.
А за порогом спальни Николас рыдал на груди своей
матери:
– Я ничего больше не могу! Я потерял волшебную
силу… Я – никто!
– Но ко мне вернулся прежний Николас…– утешала
его мать. – Вернулся мой добрый сын…
Она гладила его по голове, как это бывало в прежние
годы.
Мило подтянулся на руках и взобрался на подокон-
ник. Ветер сразу же схватился за его волосы и растре-
пал их.
– Не оставляй нас здесь! – взмолилась Парлипа.
– Возьми нас с собой! – умоляла Люба. – Возьми…
Тебя могут ранить
– и мы должны быть рядом… К тому же…
– Мы боимся остаться без тебя! – призналась Пар-
липа, угадав ее мысль.
Мило принял решение и, молча подав руки девуш-
кам, втянул их на подоконник. Ветер, словно бы до-
ждавшись этого, стал трепать их платья.
– Мило! Смотри, смотри! – закричала Люба, задрав
голову.
К замку медленно и грозно, заслоняя собою не-
бо, направлялась серо-черная туча мышей. Шурша-
ли крылья… Доносился зловещий писк. Впереди летел
сам Мышиный король.
Мило соскочил с подоконника, помог девушкам
спрыгнуть вниз и быстро захлопнул окно.
– За мной! Скорее! – скомандовал он. Не успели все
трое выбежать из спальни, как окно с треском распах-
нулось, и летучие мыши тучей, наталкиваясь друг на
друга, ворвались в комнату и, заполнив ее, устреми-
лись дальше через дверь, разлетаясь по всему замку.
А внизу, во дворе, уже начали бой с мышами солда-
ты, которых привел
Натаниэль, знаменитый городской крысолов и мы-
шелов. Сражаться с мышами было его призванием.
Волшебный перстень делал Натаниэля неуязви-
мым, а от прикосновения его сабли враги не просто па-
дали замертво, а исчезали, будто их вовсе не было.
Битва шла и в самом замке. Ледяной перстень на паль-
це Мило, хоть и начал подтаивать, но пока еще испол-
нял свои обязанности: летучие мыши, приблизившись
к нему, исчезали.
Испуганный Николас, забравшись под стол, наблю-
дал за сражением, прикрывшись скатертью. Зато его
старуха мать, Люба и Парлипа, вооружившись камин-
ными щипцами и кочергами, дрались, как настоящие
бойцы.
Мышиный король ринулся было на Мило, чтобы вце-
питься острыми хищными лапками в густые волосы
офицера и укусить ядовитыми зубками его в нос… Но
тут ворвался Натаниэль со своими друзьями-солдата-
ми. Мышиный король передумал, изменил курс – бро-
сился на крысолова и мышелова, который считался
главным врагом всего мышиного племени.
Натаниэль попробовал ткнуть короля своей саблей,
но тот увернулся. Перстень вдруг поплыл по пальцу
Натаниэля и стек на пол холодной струйкой.
– Натаниэль, берегись! Перстень растаял! – успела
крикнуть Люба, которая следила за своим волшебным
кольцом. – Мило! Где же ты?
– И я без перстня! – успел крикнуть Мило. – Мой тоже
растаял!
Недолго думая, Люба нагнулась, сняла с ноги ту-
флю, прицелилась и швырнула ее в Мышиного короля.
Башмак угодил прямо в микрокорону… она слетела с
узкой вытянутой головки короля и зазвенела, покати-
лась по полу. Король тут же превратился в жалкую се-
рую мышку. И пустился наутек… Заметив исчезнове-
ние своего повелителя, летучие мыши начали, как по
команде, покидать сквозь окно поле битвы.
Мило подозвал к себе Натаниэля:
– Прошу тебя, друг: выведи Любу в сад. Там есть
пруд, возле которого ее будут ждать…
– Кто меня ждет? – удивилась Люба.
– Ты обещала слушаться меня! – строго сказал Ми-
ло.
Люба покорно опустила голову.
Из-за куста вышел тощий, облезлый кот. Видно, он
долго просидел где-то в подполье, прячась от лету-
чих мышей. Теперь он чувствовал себя в безопасности.
Потянулся, расправил усы. Откуда ни возьмись выско-
чила маленькая серая мышка. Увидев кота, она присе-
ла и закрылась лапками, полагая, что кот ее не заме-
тит. Но он заметил! И не раздумывал долго, как ему по-
ступить… Так пропал Мышиный король, которого Люба
в бою лишила волшебной короны.
И сразу же ясные лучи солнца озарили окрестность.
Осмелели, стали пробовать свои голоса птицы. Ожил
сад: набухли почки на ветвях и лопнули, как бы осво-
бождая из плена зеленые листочки. С цветка на цветок
стали перелетать бабочки. Зажужжали трудолюбивые
пчелы.
Люба и Натаниэль подошли к пруду.
– Смотри, что у меня есть! – загадочно улыбаясь,
сказала Люба и разжала кулак. На ее ладони блеснула
маленькая золотая корона.
– Ты победила Мышиного короля! – сказал Натани-
эль.
Люба рассмеялась:
– Ты видел, как я сшибла у него с головы эту коро-
ну… своей туфлей? И как он превратился в жалкую
мышку?
Она хотела еще что-то сказать, но умолкла. Ей на-
встречу шагнул из камышей белый, словно вылеплен-
ный из снега, журавль… Люба поняла: он прилетел за
ней. Она должна покинуть Джоконду!


Сон больше не продолжает продолжаться…
Люба любила спать… Но в то утро она не поднима-
лась особенно долго.
Очевидно, мама забыла завести будильник, и
«Трезвон» промолчал. А может, он сам не захотел бу-
дить Любу… Но она не спала! Она лежала в постели и
думала: почему Мило и Парлипа не простились с ней?
Наверно, не хотели ее огорчать?.. А Натаниэль? Куда
исчез он в тот миг, когда она увидела белого журавля?
И, кстати, это же был вовсе не Натаниэль, а Стасик По-
темкин из соседнего подъезда, с которым они по вос-
кресеньям ходят на каток… Как она раньше этого не
заметила?
Из камышей вышел журавль… Это она помнила. А
потом? Люба попыталась вспомнить, что было даль-
ше… Но дальше ничего не было! Она проснулась в
своей постели – и все! Люба решила пересказать свой
сон маме. От начала и до конца.
– Удивительно, как могут пионерке сниться такие
сны! С колдунами и талисманами!.. – удивилась мама,
выслушав Любу. – У тебя больное воображение… На-
до посоветоваться с врачом!
– Ваша дочь – абсолютно здоровая девочка! – ска-
зал детский доктор
Глеб Сергеевич Пугач. – А столь удивительные исто-
рии с продолжением снятся
только тем детям, которые любят читать волшебные
сказки и рано ложатся спать…
– Да, я люблю спать, – согласилась Люба. – Я бы
с удовольствием целый месяц не просыпалась. А то и
год!
– Почему? – удивился доктор.
– Потому что во сне я совершаю разные добрые де-
ла… И благородные поступки!
– А ты совершай их наяву! – посоветовал доктор.
– И тогда перестанешь думать, что никому не нуж-
на… что никто не понимает тебя! – добавила мама.
– Наяву?! – переспросила Люба. И задумалась.
 
 
загрузка...
 
 

Rambler's Top100
Карта сайта
Служебный вход